30 декабря 2013 г.
День 8-й.
Тихий океан
28° 28’ – Ю.Ш.
74° 39’ – З.Д.
Смотрю все время на приборы, что показывают курс лодки и ее координаты, и думаю о расстоянии, которое должен проплыть (девять или десять тысяч миль впереди), и сколько потребуется времени: шесть-восемь месяцев или больше. Для меня важен не срок, а расстояние.
Начинаю привыкать к одиночеству. Но в душе таится беспокойство, главным образом за лодку: как она поведет себя в ураган? Главное, чтобы ничего не сломалось. Надо мной – бездна неба, а подо мной – глубина океана.
Я во власти очевидности, и мне, например, очевидно: необходимо подымать и опускать весла в этот океан, как будто я намерен вычерпать его.
Старший сын Оскар, не советую тебе уходить в океан. Он лишен смысла. Я же раз за разом отправляюсь туда по внутреннему принуждению: поиск себя, обращение к Господу. Я могу быть только таким и никаким другим. Мой храм – океан. Он исполнен тишиной. Я не ищу для него прихожан.
Мне 63 года, моя жена Ирина подсчитала, что больше времени я нахожусь в одиночных экспедициях, чем в обществе с людьми. И я не смог и не могу воспитывать сыновей и внуков. Только здесь, в плавании, через вахтенный журнал или диктофон я с ними разговариваю и даю наставления (если они им понадобятся).
Небо серо-голубое, солнце скрывается за дымкой, но я ощущаю на лице его тепло. Утром, когда оно только подымалось над океаном, я вставал к нему лицом и, молясь, обращался к Господу Иисусу Христу, к Божией Матери, к моему Ангелу Хранителю и к святому Николаю Чудотворцу.
По окончании молитвы сажусь за весла и продолжаю грести, повторяя сотни и тысячи раз: «Владычица моя, Пресвятая Богородица Дева, спаси меня, грешного!»
Сейчас я понял, для меня главное – взывать к милосердию Господа. Я знаю, мой Господь добр. Я ищу, в чем суть плавания? А там, на суше, ищу в людях свет.
Под палящим солнцем опускаю в воду весла. Такая у меня работа – перегрести самый большой океан в мире. Подобное испытание мне позволяет ближе узнать Господа Бога.
Судя по текущей обстановке, я вышел в зону сильных юго-западных ветров. Погода поменялась. Ветер – 20–25 узлов, поднялась волна, белые барашки по всему океану, грести очень сложно, весла выбивает из рук. За корму выбросил веревку длиной 50 метров, чтобы стабилизировать лодку. Раньше ветер дул с северо-запада, а сейчас перешел на юго-запад. Требуется время, чтобы волна развернулась. Хорошо, что пока удается выдерживать курс и продвигаться на север и немного на запад.
31 декабря 2013 г.
День 9-й.
Тихий океан
27°24′ – Ю.Ш.
75°11′ – З.Д.
Ночь прошла напряженно, ветер усилился до 30 узлов, порывы – за 35 узлов. Волна поднялась 5–6 метров. Это серьезное испытание. Гребни волн, а это тонны воды, обрушиваются на кормовую рубку и палубу. Лодка идет, полупогруженная в воду. Специально не откачиваю воду из кокпита, так меньше шансов перевернуться. Я даже рад, что поставили тяжелые гелевые аккумуляторы, они добавили остойчивости. Пока лодка справляется с ударами волн. Несколько прошло с кормы до носа, но все приборы на палубе и антенны уцелели.
Я снова потравил почти 100 метров веревки за корму, и это позволяет мне удерживать «Тургояк» и предотвращает постановку бортом к волне. Здесь волны отличаются от тех, что в Атлантическом океане, чувствуется мощь Южного Тихого океана. В таких условиях не могу грести на запад, остается только двигаться с ветром на север.
Работа на веслах изматывает, но ничего другого не остается. Сколько мне за нее платят? Усталость – вот все, что получаю, и не ропщу. Чтобы узнать, что такое жизнь, нужно перегрести океан. Разуму это недоступно. Иначе как мне выжить? Я так слаб перед лицом океана. Так далек от людей, поэтому нет у меня врагов. Осуждаю в себе тщеславие, но не гордость. Презираю только самодовольство. Если нет хороших священников, то пустуют храмы и наполняются психиатрические лечебницы, тюрьмы и больницы. Благодать Божия исцеляет душу и тело.
Сегодня последний день 2013 года. Ветер под 25 узлов, правда, чуть больше зашел на юг. Я все жду, когда он подует с восточных румбов, чтобы начать забирать на запад.
Думаю, что это мое первое плавание в сане православного священника. Как священник я подымался на Эверест и ходил к Северному полюсу. Наступил момент, я вышел в океан в этом образе.
«Сердце мудрых – в доме плача, а сердце глупых – в доме веселья». Как понять сказанное в притче? Где мое сердце здесь, в океане?
Самое опасное, когда у человека душа не на месте. Как только лодка отошла от причала, я тут же обрел мир Господний, и молитвы стали теплить мое очерствелое сердце. Мне тяжело физически, но не могу жаловаться на судьбу.
Течение Гумбольдта поражает своей мощью. То, что я здесь вижу, не идет ни в какое сравнение с Атлантикой, – здесь просто течет река. Могу набраться смелости и утверждать, что в этих широтах пересечь Гумбольдта с востока на запад на весельной лодке невозможно. Можно попытаться пройти по диагонали с юго-востока на северо-запад, что я и планирую сделать, но для этого нужен запас по долготе. Хорошо, что мы стартовали из порта Конкон (33-й градус южной широты), а ведь когда-то рассматривали план «Б» – старт из города Антофагаста, что на севере Чили. Преимущества: тепло, минимальные шансы попасть в шторма, но, как я сейчас вижу, огромная опасность быть унесенным на север, за экватор. Что, кстати, и случилось с английским гребцом Эндрю Холзи, который стартовал из Перу (Каллао) в 2002 году. Он был вынесен ветром и течением в Северное полушарие и не смог вернуться на свой запланированный курс. Эндрю шел на Австралию.
Моя первоочередная задача выдерживать курс на запад, и чем больше, тем лучше. Но при сильном южном и юго-западном ветре я не могу поставить лодку поперек волны, ее просто перевернет, поэтому иду на грани, тащу за кормой веревку, чтобы стабилизировать корму.
С момента старта еще ни разу не спал в своей кормовой каюте, ни разу не вытягивался в полный рост. Отдыхаю сидя, в навигационной рубке. Все жду, когда ветер стихнет и океан успокоится, чтобы просушить одежду и навести порядок в каюте.
Пытался запустить опреснитель воды, но лодку так бросает, что решил отложить это занятие до более спокойной обстановки. У меня есть еще пара бутылок, которые я купил в супермаркете, на первые дни. Готовлю мало, в основном развожу кипятком растворимые супы, использую сухари. Моя береговая команда рассчитала количество пакетов сублимированного питания из расчета 6500 килокалорий в день, но пока я даже половину не потребляю.
